Читаем Твой ход полностью

— Решила поиграть в доктора? — Спросил он с усмешкой в голосе. — Ты так и не избавилась от своей слепой сострадательности к всему, что движется?

Эти слова заставили меня вздрогнуть. Я знала, он узнал меня. Когда он назвал меня куколкой, уже в тот момент меня пробрала дрожь. Конечно он меня не забыл. Но то, что он помнил, как в детстве я бросалась на защиту угнетённых и обездоленных и как это качество характера бесило его, удивило.

— А ты, я смотрю, остался все такой же мразью. — Разозлилась я и не сдержала слов, что так давно желала ему сказать. — Хотя нет, ты даже хуже. Время явно изуродовало твою и так гнилую душу, мне тебя жаль.

Говорила я все это его спине, отказываясь смотреть ему в глаза через отражения в окне.

— Какие слова, сколько экспрессии. — Произнёс он спокойным голосом и внезапно повернулся. — Глупая маленькая куколка, мне не нужна твоя жалость и твоя помощь мне тоже не нужна. — Голос его был пропитан ядом, ненавистью и болью.

Эти эмоции смешались в один единый поток и обрушались на меня.

Но большим шоком стало для меня, что я наконец увидела его рану.

И увиденное заставило меня застыть, во все глаза таращась на его живот.

Дело в том, что до этого он стоял ко мне спиной, и я с смотрела на неё, когда же он резко повернулся, то я не успела сориентироваться и увидела огромную рану от пореза. Она брала начало около солнечного сплетения и пересекала живот, смещаясь к правому бедру, где и заканчивалась. Порез был не глубок, но его длина с лихвой это компенсировала. Кровь сочилась из него красными каплями, а сама рана вполне могла и загноиться. Нужно было срочно её обработать.

Инстинктивно я сделала шаг к Ярославу, совершенно не обратив внимания на слова, сказанные мне ранее. Меня поражало, как он мог оставаться столь спокоен с такими повреждениями.

Ему же сейчас должно быть невыносимо больно. Кто и за что нанес ему эту рану? Ни за что не поверю, что этот порез появился на его теле, оттого что он, например, неудачно напоролся на нож в попытке порезать салат. Или, например, от сражения с мельницами.

Под его тяжелым взглядом я прошла в глубь комнаты, там на кровати расположила внушительных размеров аптечку и открыла её. Все это я проделала в полной тишине. Яр ни словами, ни действиями не пытался меня остановить. Я извлекла на свет обеззараживающее средство, так же достала бинт, ножнички, специальные медицинские тампоны для обработки раны, пинцет и, взглянув на Яра, а точнее на его живот, захватила ещё и тюбик с мазью, помогающий срастаться кожи быстрее.

После того, как я вооружилась всем этим, я решительно направилась к Яру. Подошла и, скрестив свой тяжёлый взгляд с его не менее тяжелым, сказала:

— Послушай, что-то мне подсказывает: в больницу ты не пойдёшь. Заставить тебя это сделать я не смогу и, честно говоря, не хочу даже пытаться. Следовательно, мы имеем только два выхода: либо ты сейчас молча садишься и также молча сидишь, пока я обрабатываю твою рану. — Переведя дыхания, я продолжила. — Можешь не переживать, опыт у меня есть, я часто помогала, как ты выразился: "всему, что движется». -Не смогла сдержать в своём голосе просочившиеся нотки иронии. — Есть также ещё второй вариант развития событий: я сейчас спускаюсь вниз, бужу твоих родителей… Хотя разумнее будет сначала разбудить моего отца (помнится, ты всегда его побаивался), и он уже за шкирку тащит тебя в больницу, где проведёт полное обследование, а я лично от себя добавлю тебе клизму, поверь, это я тоже умею делать. — Понизила я голос, чтобы он звучал более устрашающе.

Закончила, и внутренне восторжествовала. Какая я молодец, ни разу не запнулась, ни разу не отвела глаз. Хотя признаюсь — хотелось. Ещё очень хотелось поправить прядь волос, которая вот уже минуту, может больше, лезла парню в глаза. В эти красивые синие глаза, которые не изменились и остались такими же. С мириадами звёзд.

— Не боишься, что после всего можешь очень сильно пожалеть? — Задал он вдруг вопрос, разрывая тишину.

— Я уже жалею.

Его глаза на мгновение потемнели, и в них словно начали гаснут звезды, но это было так быстро, что я подумала, что мне привиделось.

Ярослав покорился мне. Но покорность эта была ложная, я видела это в снисходительном взгляде, котором он награждал меня весь путь до кровати.

Меня вообще не покидало ощущение, что он что-то задумал. Зверь лишь сделал вид, что поддался, на деле же заманивал жертву в свое логово.

Да-а-а, аналогии с диким миром против воли появлялись в моей голове. Просто ситуативное мышление. И то, как воспринимает этого парня моё подсознание.

— Ну врачуй, — сказал Яр, развалившись на кровати. — Я весь твой.

Раздражённо фыркнув, я осмотрела фронт работы профессиональным взглядом. Да-да, семья врачей и все такое.

Мои движения были выверенными и быстрыми. Кое-что меня поразило. Он даже не поморщился, когда я сначала очищала рану, а потом наносила мазь. Она жгла невыносимо, я знала. Непоседливый ребёнок, пропахавший пол земли своим телом, это про меня.