Читаем Поросль солнца полностью

Теплоросье. Троица. Утро русича.И коня ветрового заковывать уздой,Травы вяжут веру земною рукойИ в купель голуболапую умевоЗолотеть темью, родом, радою капель.С неба — травы — и о твой затравокКолыбеть именно черноземий пев:Травы. ОкраяПолосы синие — взрывы легчайшиеНеба —Ленные мравы.И станут травы умирая — вянуть,И негу немую давнозабытых днейРазвеет степи песнь.Голубоненная, открытая вечальВечерняя печаль.И станут немо отовсюду веятьТу мену венную, упетую верельИ голубеет вей, и расточает денно небоГеней синебую мирель.

1414.

«Говорит Подгромок старшему своему брату…»

Говорит Подгромок старшему своему брату:Дождя дарь силу листную радуетДождя жадного руевые струиРа собрал за арбою жаркою в гром колесныйИ нежно женного дивня трав,И земле долу череника лесная.Серый мнев вот листьев зелелеяИзумруды мурома и млавыВеснеструйна лава!Да обряды брата скажут в четких каплях!        Будь свежее!

Узор сна на Чусовой

За желтый и густевший луч,За голубую лапу пали!Кружась о заросли морозных тучЗастывшие чужие гладиИ поставь общей белизны,Как сгусток инея возник…Мороза седь и в отчужденный деньТвой тонок дым — медлительная поступьИ ветер в реях не толкнувши воздухОстановил свои гряды….Встает весенний ЛейТепла лелеемого лепо.И стает в синей лапе падьКороткое, быстреющее лето!

Чусовая, 1917.

За март. Северная веснь

За март, за омысл смерти,За сонные тысячелетья грань —И волхв за тканью, канувшею нежно в трилистнике одеянья вод,Ведет поутрий плуг по лугуУ влагоды восстановленных весн.И в горло то, как в горнее легкоСлывет словами русл игралье,Не зарастет росяный русый цветВ сквозную звучь зовучих четИ деревенских пряжьИ осенесь русальеИ жаркая по солнцеросту ветвь

Красная Поляна

Забытый напев

Наведен за серую тучуКак в хлопья взметенных полотен.И вот на пачерни учуютЕе сребронегу оплотаБыстрейшею взнесшейся ночьюДождями косящею бровиПокроется мертвая почва,Как владостью терпкой любови.Серебряной пыли тот лепетУ ног пешеходов взошедшийЦелуя погоду всебожийКак пламенью песень — очейЕго же зная, не сметьО ликом полее велетьИ снова за сонною речьюОбычен забытый напев.

1916.

Первосенье 2

Из «быта побегов»

Ты падаешь в сень сентябряЛежалое дремное жнивьеИ влагоду весн затаяКак утренник — пламенный иней…Но негу синели приявВ узорник ветровых событийТвой тлен на листа острияхВедется от века обычен

1916.

Повесть лета

Перейти на страницу:

Похожие книги

Форма воды
Форма воды

1962 год. Элиза Эспозито работает уборщицей в исследовательском аэрокосмическом центре «Оккам» в Балтиморе. Эта работа – лучшее, что смогла получить немая сирота из приюта. И если бы не подруга Зельда да сосед Джайлз, жизнь Элизы была бы совсем невыносимой.Но однажды ночью в «Оккаме» появляется военнослужащий Ричард Стрикланд, доставивший в центр сверхсекретный объект – пойманного в джунглях Амазонки человека-амфибию. Это создание одновременно пугает Элизу и завораживает, и она учит его языку жестов. Постепенно взаимный интерес перерастает в чувства, и Элиза решается на совместный побег с возлюбленным. Она полна решимости, но Стрикланд не собирается так легко расстаться с подопытным, ведь об амфибии узнали русские и намереваются его выкрасть. Сможет ли Элиза, даже с поддержкой Зельды и Джайлза, осуществить свой безумный план?

Наталья «TalisToria» Белоненко , Андреа Камиллери , Ира Вайнер , Гильермо Дель Торо , Злата Миронова

Криминальный детектив / Поэзия / Фантастика / Ужасы / Романы