Читаем Пекарь-некромант. Часть 2 полностью

Оборудованный тысячу лет назад внутри большого валуна тайник я отыскал именно там, где указал профессор. Ключ-заклинание разделил огромный камень на две примерно равные части, явил на свет спрятанную внутри валуна деревянную шкатулку. Клифы тут же обнюхали находку – признали её неинтересной. А вот старый пекарь шкатулкой заинтересовался: закряхтел, сунул внутрь неё голову, изучая содержимое. Взглянул на аккуратно уложенные в шкатулке ценности и я (хотя благодаря памяти профессора прекрасно представлял, что именно отыскал). В этот раз золотыми монетами не пренебрёг: прятать их вновь не имел желания. Переложил к себе в сумку и кошели с драгоценными камнями – не заглянул в них.

А вот найденные в тайнике часы я рассмотрел внимательно. Уж очень необычно те выглядели. Мастер Потус тоже осмотрел мою находку. Проворчал о том, что вещица дорогущая, но мастер её изготовивший – сумасшедший. Отчасти я согласился с мнением старого пекаря. Потому что для непосвящённого вещица не походила на часы – скорее на маленькую статуэтку. Корпус хронометра вырезали в виде человеческого черепа – из кости. Черепушка получилась, как настоящая (только маленькая: с куриное яйцо). Но не тщательность, с которой воспроизвёл детали черепа мастер, произвела на меня основное впечатление – удивил надетый на черепушку вырезанный из той же кости поварской колпак.

«Это намёк на данное мне студентами прозвище: Мясник, — ответил на мой немой вопрос профессор Рогов. – Настоящие мясники на работе в мои времена щеголяли именно в таких головных уборах. Коллегам показалось забавным нацепить эту шапочку на символ магов-некромантов. Поначалу они хотели подарить мне на двухсотлетие просто хронометры в виде черепа. Но Анжена Варави подбросила идею заказать для меня персональный символ. Коллеги потом часто спрашивали у меня, который час – чтобы полюбоваться колпаком. Настолько часто, что в итоге я от часов избавился: спрятал их в этот тайник».

«Как их открыть?» — спросил я.

Осмотрел часы со всех сторон – никаких кнопок не обнаружил.

«Это магический артефакт, — сказал профессор. – Следует применить отпирающее плетение».

«Действуй, мэтр».

В животе появился холодок.

Глазницы черепа вспыхнули голубоватым светом, очень похожим на тот, каким для меня светились призраки. Клифы настороженно повели ушами. Корпус хронометров издал тихий тоскливый вздох. Дышавший мне в щёку Барбос заскулил. Мне показалось, что часы нагрелись – до температуры человеческого тела. Маленький костяной череп вздрогнул, сбоку по нему пробежала ровная трещина.

Я приподнял крышку, посмотрел на позолоченный циферблат.

«Дорогущая вещица, етить её», — повторил старый пекарь.

«Неплохая, — согласился я. – Самое то для уважаемого мастера-кулинара».

***

Ночь я снова провёл на постоялом дворе – почти у самых стен Норвича. Я мог бы войти в столицу вечером: успевал до закрытия ворот. Но, по словам караванщиков, ночью бродить по столице было небезопасно. «Это не твоё медвежье захолустье, парень, — сказали мне. – Столица! У неё свои законы. Там и покойнички в темноте пошаливают, и лихие люди, и даже стражники. Ночь – это не время честных людей. Таким, как мы, нечего ошиваться по улицам после заката».

Решил послушать знающих обывателей. К воротам явился на рассвете. Понаблюдал за церемонией поднятия тяжёлой привратной решётки. Окинул взглядом длинную цепочку телег и экипажей. Полюбовался на высокие белокаменные стены. Вспомнил, как смотрел на них впервые. Тогда они меня отпугнули: я чувствовал себя чужим для Норвича, неопытным и малознающим для жизни в столице. Теперь же я ощущал себя иначе – бывалым человеком, коренным жителем Крельского царства.

Вереница пеших путников пришла в движение.

Следом за другими путниками я зашагал к гостеприимно распахнутым городским воротам.

***

«Ты уверен, что это здесь, мэтр?» — спросил я.

«Уверен, юноша, — ответил профессор Рогов. – Сигнал маяка чётко указывает: вход в подземелья академии под этим зданием».

«Не нравится мне тут, парень», — сказал призрак старого пекаря.

Клифы фыркнули, замотали головами, оглядываясь по сторонам.

Подсказки Мясника провели нас едва ли не через весь Норвич. Лишь первое время я поглядывал в столице царства по сторонам, любуясь достопримечательностями. Ближе к полудню – уже пёр вперёд, почти не обращая внимания на красоты города: чувствовал, что могу не добраться до цели к ночи. Но я успел. Ночь ещё не вступила в права, когда профессор известил: мы пришли.

Солнце опустилось за крыши домов. На тесных улочках столицы зажгли фонари. Попрятались бесчисленные голуби. Отблески заката придавали зданию, к которому нас привёл сигнал маяка, угрюмый, угрожающий вид. Я пробежался взглядом по серым стенам. Облик дома просто умолял о ремонте. Невзрачная постройка больше походила на промышленное здание, нежели на жилое строение.