Читаем Патримониум полностью

– Постойте! – перебила его Кларисса. Ее голос звучал на удивление твердо и резко, учитывая, что все время пока нотариус зачитывал завещание, она то и дело всхлипывала и подносила платочек к глазам, – это все?!

– Что вы имеете в виду? – в замешательстве осведомился нотариус.

– Вы хотите сказать, что все, что мне оставил этот… мой… муж… – казалось, каждое слово давалось ей с трудом, – это кучка его… праха?! – последнее слово она сказала, словно выплюнула. В комнате повисла неловкая тишина, которую нарушали только чье—то фырканье и кряхтенье – это сын усопшего безуспешно пытался сдержать истерический смех. Он весь съежился в конвульсиях на своем стуле, закрывая рот ладонью. Лицо его раскраснелось, а на глазах выступили слезы.

– Кхм… – нервно прокашлялся нотариус, – я боюсь что…

– Старый козел! – в сердцах воскликнула «безутешная» вдова. Присутствующие в комнате разом ахнули.

– Я три года своей жизни провела с эти старпером! – вскочив на ноги, закричала Кларисса, – и всё ради того чтобы, в конце концов, получить кучку его гребанного праха!

Собравшиеся в комнате люди растерянно обменивались взглядами. Впрочем, молодая вдова довольно точно выразила их общее возмущение относительно завещания.

– Мисс! Где ваши манеры?! – с картинным негодованием воскликнул Дезмонд.

– Заткнись! – взвизгнула Клариса, – Ты такой же неудачник как твой папаша!

С этими словами она схватила урну со стола. Нотариус хотел было остановить её, но Кларисса была проворнее – его рука лишь успела схватить воздух. В следующее мгновение Клариса с размаху бросила урну в голову молодому человеку, который лишь чудом успел увернуться от летящего в него снаряда. С гулким звуком урна упала у его ног, крышка отлетела, высыпав на пол горстку пепла и оставив в воздухе пыльное облачко. На мгновение время остановилось. Все в комнате застыло. Если бы сюда в этот момент зашел посторонний человек, он бы, наверняка, подумал что попал прямиком в старинную картину, написанную рукой фламандского художника: в тусклом свете группа людей застыла в драматичных позах, пожилой нотариус, привстал со своего стула, его глаза испуганны, рука протянута к молодой даме с перекошенным от гнева лицом. В то время как остальные ошарашено смотрят на серую кучку пепла посреди комнаты. Лишь в тусклом солнечном луче, падающем из окна беззаботно кружатся частички праха.

Первым подал признаки жизни Дезмонд.

– Ну, что уставились? Принесите кто—то совок с веником! – прикрикнул он, окинув всех взглядом. Но никто не шелохнулся.

– А, ну вас! – махнул рукой Дезмонд. Затем он взял какие—то бумаги со стола, подвернул углы одного листа, соорудив нечто наподобие совка, и собрав то, что можно было собрать с пола, засыпал обратно в урну.

Вскоре чтение завещания было закончено. Никто не выразил желания задержаться и все поспешно удалились. В маленьком кабинете остались только нотариус и новоявленный помещик.

– Ну что ж, мистер Фосс, что ещё оставил мне в наследство мой папаша кроме этих руин и фамилии с претензией на знатное происхождение? – поинтересовался Дезмонд.

– К сожалению, Дезмонд, это всё, – ответил юрист, – в последние годы твой отец слишком активно наслаждался жизнью, понимаешь ли…

– Вы хотели сказать, что его жена слишком активно наслаждалась жизнью…

– Ах да, он всё—таки оставил тебе одну вещь… – последнее замечание нотариус пропустил мимо ушей.

– Да неужели? – оживился Дезмонд.

– Долги, – коротко ответил юрист.

Лицо Дезмонда не показало каких—то признаков понимания того, что только что сказал ему нотариус.

– Это по большей части налоги, которые он в последние годы не платил, – начал объяснять Дэвин Фосс, не дождавшись какой—либо реакции со стороны Дезмонда, – по закону плательщиком налогов является наследник покойного. То есть – ты.

– Хм… И что, он очень большой этот налог?

– Ну, как сказать… Достаточно большой.

– А конкретно?

– Я лучше напишу эту сумму на бумаге.

Нотариус открыл свой блокнот и быстро там что—то написал. Затем придвинул блокнот к Дезмонду. Тот взял его в руки и уставился на цифры, написанные аккуратным почерком посреди страницы. Затем он озадаченно перевел взгляд на нотариуса. Затем снова посмотрел на блокнот. И снова на нотариуса. Пару раз он, открывал было рот, чтобы что—то сказать, но тут же закрывал его как рыба, выброшенная на сушу.

– Дезмонд, ты в порядке? – спросил Дэвин Фосс, обеспокоенный внезапной бледностью и остекленевшими глазами нового владельца поместья, – может воды?

Дезмонд медленно покачал головой.

– Как? – охрипшим голосом спросил Дезмонд, – в смысле, откуда взялась эта сумма? Где мне взять столько денег? Мне что, продать пару своих органов? Да даже если я всего себя по частям продам, я не наскребу такую сумму! Мои органы не годятся даже на корм собакам! Они слишком проспиртованы!

Каждую фразу Дезмонд произносил громче предыдущей и так разгорячился, что вскочил со стула и начал ходить кругами по комнате.

– Должен же быть способ как—то обойти этот налог! Почему я должен платить по его счетам? Мне своих долгов хватает!