Вскоре вокруг них собрались все искатели; они по очереди гладили Чарли по голове и говорили Саре что-нибудь вроде: «Ваша тетя ужасно обрадуется», «И где же он был?», или «Ну, сегодня ночью мы можем уснуть спокойно».

Из леса они вышли большой шумной компанией — Сара и Чарли посредине, в окружении остальных. Над лугом золотилось вечернее солнце.

Неожиданно Сара почувствовала какое-то движение над головой. Она взглянула в небо — и схватила братика за руку.

Лебеди пролетали как раз над ними; шеи их были вытянуты, длинные крылья поднимались и опускались. Странный, неровный полет, словно бы вслепую. Они летели так низко, что Саре показалось — птицы могут задеть за верхушки деревьев; но в последний момент лебеди взяли выше и устремились в небеса как раз над самыми лесными кронами.

— Смотри, смотри, Чарли! Вот они, лебеди. Помнишь их? Они летят домой.

Моргая, мальчик смотрел в небо, не в силах опознать в тяжелых, слегка неуклюжих птицах прекрасные создания, которых он видел на озере. Он похлопал ресницами, потом перевел удивленный взгляд на Сару.

— Чарли, это те самые лебеди, узнаешь? Ты видел их на озере, — объяснила девочка, глядя ему в глаза. — Они полетели домой. Неужели ты не помнишь? Они же…

— Эгей, Чарли, идет твоя тетя! Тетя Вилли идет!

Сара все еще тянула братика за руку, стараясь привлечь его внимание к лебединому клину. Почему-то ей казалось очень важным, чтобы Чарли еще раз посмотрел на лебедей.

— Чарли, гляди, это…

Но братик вместо того посмотрел через поле — после чего отнял у Сары свою руку и бросился бежать. Девочка сделала было шаг в его сторону — но остановилась. Тетя Вилли в ярко-зеленом платье, казалось, светится, как маяк; к ней-то и мчался Чарли — неловкая фигурка в рваной голубой пижаме, спотыкающаяся в высокой траве.

Раздался торжествующий вопль — пронзительный, как лебединый крик; но Сара знала, что это кричит Чарли, потому что лебеди молчали.

— Вот он, Вилли! Нашелся! — радостно вопил мистер Эйкер, бегом поспевая вслед за Чарли, чтобы поучаствовать в их воссоединении.

Тетя Вилли шла так быстро, как только позволяли ее больные ноги.

— Я уж и не надеялась вновь его увидеть, — повторяла она по дороге всем и каждому, и одновременно никому. — Думала, он погиб в карьере. Говорю вам — уже не надеялась снова встретить его! Чарли, иди ко мне, иди к своей тете Вилли!

Чарли скакал ей навстречу, подпрыгивая, как мячик.

— Говорю вам — это был худший день в моей жизни, — задыхалась тетя Вилли. — Худший изо всех, какие у меня только были на земле! Чарли, Чарли мой, дай-ка я снова посмотрю на тебя! Ох, ну у тебя и вид!

Он упал в объятия тетушки, и та поверх его головы сказала сквозь слезы мистеру Эйкеру:

— Дай Бог, чтобы вам никогда не случилось потерять вашего Бобби — вот все, что я могу сказать. Дай Бог вам никогда не потерять Бобби, и никому из вас не дай Бог потеряться в лесу, или в карьере, или где угодно!

А Сара все стояла на пастбище, возле серой пастушеской хижины, и смотрела, как лебеди исчезают за холмом. Потом она перевела взгляд на Чарли и тетю Вилли — те почти затерялись в толпе. Девочке стало хорошо и свободно; представилось, что вздумай она сейчас сбежать с холма — бег получился бы легким, как у марионетки на веревочках, ноги совсем не касались бы земли.

Ей захотелось присесть на минутку — теперь, когда все кончилось; но, обернувшись, она увидела, что Джо Мелби все еще стоит рядом.

— А я думала, ты пошел с остальными.

— Как видишь, не пошел.

— У меня сегодня был очень странный день, — Сара глядела на горизонт, где исчезли лебеди.

— У меня тоже.

— Ладно, пойду-ка я домой.

Джо прошел рядом с ней несколько шагов, прочистил горло и сказал наконец:

— Слушай, не хочешь пойти со мной на вечеринку к Бенни Хоффману?

Сперва Сара подумала, что ослышалась. А если не ослышалась — все равно ошиблась, как в тот раз, когда парень крикнул из машины: «Эй, красотка», обращаясь к Рози Кэмдон.

— Что?

— Я просто спросил — может, ты хочешь пойти со мной на вечеринку.

— Но меня не приглашали. — Усилием воли Сара заставила себя думать о лебедях. Сейчас, наверное, они уже увидели свое университетское озеро, может, даже садятся на воду — с хлопаньем крыльев, топорща белые перья. Ей почти удалось увидеть внутренним взором, как они, плавно скользя, опускаются на озерную гладь.

— Ну так я тебя приглашаю. Бенни сказал, что я могу привести с собой кого-нибудь. По правде сказать, он меня просто умолял кого-нибудь привести. Они с Сэмми, Джоном и Питом сколотили музыкальную группу, вот и пытаются заставить всех на свете слушать свою музыку.

— Я… я даже не знаю.

— Пошли, а? Ну подумаешь, придется немного послушать ужасную игру на гитаре. Бенни Хоффман, помнится, брал уроки — целых полтора.

— М-м…

— Да от нас ничего особенного не потребуется — просто сидеть у Бенни на заднем дворе и созерцать, как он надрывается с двухсотбаксовой гитарой и усилителем.

— Думаю, я не против.

— Тогда я за тобой зайду через полчасика. Если опоздаем — ничего страшного. Первые пятьдесят песен вряд ли будут сильно отличаться от пятидесяти последних.

— Получаса мне хватит.

Глава 23