Читаем Каменный век полностью

И вновь радостный рев сидящих на трибунах зрителей заглушил комментатора, пока некогда отлитые из металла фигуры футболистов вновь занимали свои места на поле. Да-да! Именно металлические! Еще не так давно все они были сделаны людьми в память о великих спортсменах. Только вот какое дело. У судьбы были свои планы. Десять лет назад произошло то, о чем никто не мог и подумать. Огонек души зажегся в спящих телах из металла и камня, порождая новую жизнь, так напоминающую своих создателей. Но при этом совершенно иную.

Вот и сейчас, ведомые азартом, создания из металла носились по полю, то и дело совершая самые разнообразные финты ногами, обходя одного противника за другим.

– Но посмотрите, что происходит! Связка из Златана и Бэкхема перехватывает инициативу и играючи уводит мяч в сторону ворот команды «Арарат»! Только взгляните, какая тонкая передача прямо на острие атаки! Златан Ибрагимович успешно принимает ее, иии… Его сбивают прямо в штрафной. Время первого тайма вышло, но пенальти будет исполнен. Златан сам взялся исполнять пенальти. ГОООЛ! На последних секундах матча сборная мира забивает первый гол в ворота «Арарата». Сможет ли хоть кто-то обыграть наших абсолютных чемпионов? Ведь они были командой задолго до нашего пробуждения! – полным гордости голосом произнес комментатор.

Словно по сигналу сидящие на трибунах существа замерли. Еще недавно издаваемые ими выкрики и шум эхом носились по стадиону, но теперь свое тихое слово взяла практически абсолютная тишина. И лишь в одной из VIP-зон шла оживленная беседа.

– Ваши ребята побеждают, товарищ Сталин, – твердым и монотонным голосом произнес Рузвельт. Памятник сидел около самого окна с видом на поле, на специальном каменном постаменте. – У вас хорошая и сыгранная команда.

– Благодарю, друг мой, – ответил ему голос с легким грузинским акцентом.

Рузвельт плавно повернулся лицом к тому, кто подчинил себе огромный, некогда принадлежащий людям кусок суши от Урала до Португалии, от Йемена до Норвегии.

– Позвольте продолжить. Меня прислали к вам как голос одного из правителей западного континента. Чтобы урегулировать два интересующих нас вопроса, – издалека начал Рузвельт. – Первое и самое важное – нас не устраивает ваш способ управления людьми. Вы даете им слишком много поблажек.