Читаем Чумазая принцесса полностью

Этот страх у него потом постоянно появлялся до самых родов, он почему-то вбил себе в голову, что рожать мне опасно, хотя я ему тысячу раз доходчиво рассказывала, как без осложнений, легко родила Ларри и что ему вовсе не обязательно все время торчать возле моей юбки, я здорова как лошадь, но он все равно торчал, даже ушел из-за этого в отставку из губернаторов. Он сказал, что это ему уже не нужно, он получил от жизни то, что хотел, и для него теперь самое важное сохранить главное свое достояние. Я пригрозила, что в следующий раз проговорюсь о беременности не на втором, а на девятом месяце, но это на него не подействовало, и под конец он дошел до такого скандального состояния, что пролез на сами роды. Пришлось из жалости кем-нибудь для него поскорее разродиться. Это оказался хорошенький мальчик, по одному тому, как он яростно завопил, я сразу поняла, что это вылитый Фрэнк, так оно и случилось впоследствии.

Оба постоянно требовали моего исключительного внимания, я разрывалась между ними, причем, когда я терпеливо объясняла Фрэнку, что он невиданный эгоист, и сам большой, а тот маленький, он должен любить и уступать ему, потому что это его собственный сын, он заявлял, не моргнув глазом, что, разумеется, он его любит, но это нельзя ставить ни в какое сравнение с его чувством к рыженькой девочке, он имеет на нее все права, и пусть этот парень в пеленках не рассчитывает оттяпать часть из них, у него в доме полный штат нянек, не считая Ларри с Денни, которые тоже крутятся возле этого сосунка, если я думаю, что такая орава не справляется, он может ее удвоить.

И я ничего не могла поделать с его эгоизмом!

Несколько слов о Ричарде. Фрэнк сказал, что тогда он с ним не дрался, он ему просто признался, как он меня всегда любил, тот понял, что у него нет никаких шансов, и уехал, но, несмотря на благородство Твикхэма, он не позволит ему когда-нибудь в будущем сшиваться возле меня; я не должна ему звонить, потому что это негуманно, парень должен навсегда забыть меня. Я согласилась и не звонила, а только Аннабел написала.