Дым вился вокруг поваленных деревьев. Он стелился по земле и закручивался в воронки, подхватываемый порывами ветра. Дым нес с собой сильный запах, но не только приятный аромат паленой древесины: были в нем и неожиданные примеси – обуглившаяся резина, расплавленная пластмасса и горящий бензин. И куда ни глянь – везде, как светлячки, в темном небе летали искры и тлеющие, как бумага, обрывки березовой коры.

Я отрешенно посмотрел кругом, будто контуженный, а потом попытался представить, что за злая сила могла сотворить такое. Зачарованный, я поражался дикой красоте загубленного леса.

Споткнувшись обо что-то, я больно отбил большой палец. Наклонился и увидел шипящий от дождя кусок металла.

– Ой! – Металл больно обжег мне кончики пальцев. Я отдернул руку и дотронулся до холодной мочки уха – если так сделать, то на пальцах не вскочит волдырь.

Отбросив железяку ботинком в сторону, я достал из-за спины лук, чтобы проверить, цел ли он. Убедился, что лук не раскололся надвое, и стал пробираться к квадроциклу, размахивая перед лицом руками в попытках разогнать дым. Перешагивая через затухающие костерки и поломанные сучья, я увидел квадроцикл. Как дохлое насекомое, он лежал перевернутый, раздавленный стволом упавшей ели. Три шины были разодраны, бампер квадроцикла смят.

Мне подумалось, что теперь, даже если я выберусь отсюда живым, папа непременно меня убьет. Подойдя поближе, я осмотрел квадроцикл в надежде, что его еще удастся починить.

– Черт! – Я пнул квадроцикл, и он отозвался глухим металлическим эхом. – Черт!

Я сжал кулаки, запрокинул голову и прокричал в небо:

– Ч-е-е-рт!

Как ни удивительно, небо ответило мне, подмигнув красным светом.

Странный огонек мелькнул над верхушками деревьев. Казалось, он парил в воздухе и я не сразу понял, что он постепенно становится все больше. Не знаю, что это было, но оно опускалось на лес, совсем как недавние разрушения. Я выгнул шею кверху и смотрел на красный огонек, завороженный его размеренным миганием.

Загорелся. Погас. Загорелся. Погас.

– Что это? – прошептал я.

Свет медленно приближался, и я увидел позади него нечеткий темный силуэт.

А я-то думал, что самое страшное позади: вертолет, Хазар, потом… даже не знаю, что это было – какая-то авария или обстрел.

– Тебя только не хватало! – простонал я, обращаясь к красному огню. – Да что ты вообще такое?

Красный свет мне не ответил. Он только мигал, опускаясь за деревья по другую сторону от распахавшего лес шрама у меня за спиной. Послышался хруст ветвей и глухой удар.

Что бы это ни было, оно только что приземлилось. Совсем близко.

Часть меня не хотела думать ни о чем, кроме спасения, но другая уже сгорала от любопытства. Мне хотелось узнать, что это такое. Теперь, без квадроцикла, я все равно никуда не спешил.

Я повернулся и смерил взглядом шрам. Красная лампочка мигала невдалеке, как раз в той стороне, куда я направлялся. Моим долгом было узнать, что прилетело в наш лес.

Мне необходимо было знать.

– Ну что ж, – сказал я огоньку. – Посмотрим, кто ты есть.

Я вернулся к квадроциклу, чтобы забрать уцелевшие вещи. Алюминиевая рама рюкзака не пострадала, так что я забил его под завязку, надел на спину и взял в руку лук.

Перебраться через лесной шрам было непросто. Приходилось то взбираться на упавшие ели, то проползать под сучковатыми стволами поваленных вековых деревьев. В воздухе пахло гарью, она драла горло, и я заходился кашлем всякий раз, когда вдыхал густой дым. Кривые лапы ветвей так и норовили зацепиться за мою камуфляжную сетку.

Несмотря на ночной холод, моя непромокаемая куртка пропиталась потом, пока я добрался до другого края борозды. Я влез на поваленное дерево и уставился на красный огонек.

Загорелся. Погас. Загорелся. Погас.

По телу пробежала дрожь, и я подумал, что еще можно уйти, что так будет даже лучше. Но, завороженный красным огоньком, я вспомнил слова Хамары: «В лес он уходит ребенком, а вернется настоящим мужчиной».

Мужчиной! Мужчины не трусят.

«Будь смелым, – прошептал я, – будь сильным».

Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, я спрыгнул с дерева и шагнул в глубь леса, не сводя глаз с красного маячка.

Кто вы?

В зарослях папоротника, среди редких деревьев, стоял, слегка накренившись, странный металлический контейнер. Усеченный конус с меня ростом весь блестел и лоснился, как начищенное серебро. Из его крыши торчала антенна, на конце которой мигал красный огонек. Справа и слева к конусу крепились еще две лампы. Они продолжали мигать. Загорелись. Погасли. Загорелись. Погасли.

С темнотой на лес опустился зловещий туман. Дым застилал глаза, вокруг летали искры, и казалось, что загадочный предмет не мигает красными огнями, а извергает кровь в ночное небо.

За ветви рябины зацепился парашют, свисавший до самой земли. Он крепился к плоской вершине конуса множеством веревок, которые то натягивались, то провисали, когда порывистый ветер раздувал ткань. Прямо передо мной была дверь с маленьким окошком. Оно мерцало, будто внутри был включен свет, но я не заметил никаких признаков жизни.